Курсовая работа на тему «С. Т. Аксаков и Салтыков-Щедрин: похожесть и различие двух великих писателей» — скачать бесплатно

Содержание

1. Введение
2. Глава 1. Литературно-исторический контекст и биографические параллели С. Т. Аксакова и М. Е. Салтыкова-Щедрина
3. Глава 2. Творческий метод и поэтика: реализм, автобиографизм и сатирическое преувеличение
4. Глава 3. Отношение к миру, человеку и обществу: нравственный идеал и социальная сатира
5. Глава 4. Личное знакомство С. Т. Аксакова и М. Е. Салтыкова-Щедрина: свидетельства современников и эпистолярное наследие
6. Глава 5. Сходство и различия художественных миров писателей в рецепции критики и современной литературоведческой мысли
7. Заключение
8. Список использованной литературы

Введение

В истории русской литературы XIX века фигуры Сергея Тимофеевича Аксакова и Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина стоят как будто бы по разные стороны эстетического горизонта. Один — тихий наблюдатель патриархальной жизни, летописец семейных и природных впечатлений, создатель особого типа автобиографической прозы, пронизанной мягкой ироничностью и светлой ностальгией. Другой — беспощадный сатирик, разоблачающий общественные язвы с такой силой, что его тексты и спустя полтора века читаются как злободневный памфлет, а не как документ ушедшей эпохи. Однако при более внимательном рассмотрении оказывается, что эти два писателя куда ближе друг к другу, чем позволяет предположить первое впечатление: их объединяют общая закваска русской реалистической традиции, внимание к нравственному облику человека, серьезное отношение к слову и острое чувство исторического времени. Тема сопоставления Аксакова и Салтыкова-Щедрина не относится к числу наиболее разработанных в литературоведении. Обычно их рассматривают в разных контекстах: Аксакова — в ряду «семейной» и «дворянской» прозы, в традиции «натуральной школы» и «школы повседневности», Салтыкова-Щедрина — как вершину русской сатиры, как художника социального обобщения и создателя особого типа «фантастического реализма». Поэтому сравнение их биографий и творческих методов, а также попытка воссоздать картину личного общения, пересечения жизненных и духовных траекторий, позволяет по-новому увидеть структуру литературного процесса XIX века, выявить скрытые линии влияния и полемики. Актуальность данной работы обусловлена несколькими обстоятельствами. Во‑первых, в современной гуманитарной науке усиливается интерес к межличностным связям писателей, к неформальным сетям общения и влияния, к тому, как личные знакомства, совместное участие в литературной и общественной жизни воздействуют на поэтику и мировоззрение художников слова. Во‑вторых, сравнительное изучение творческого наследия Аксакова и Салтыкова-Щедрина позволяет уточнить представления о разнообразии русского реализма, о спектре его модификаций — от лирико-автобиографической прозы до гротескной сатиры. В-третьих, на фоне современных общественных дискуссий интерес к социальным типам, к образу власти, бюрократии, «маленького человека», к проблемам нравственными и гражданским — делает обращение к этим авторам особенно плодотворным. Объектом исследования является творчество и биографии С. Т. Аксакова и М. Е. Салтыкова-Щедрина, а также зафиксированные в источниках сведения об их личном знакомстве и взаимодействии в литературной среде. Предметом исследования выступают особенности художественного метода писателей, их отношение к миру и человеку, а также конкретные формы пересечения их жизненных и творческих путей. Цель курсовой работы — комплексно исследовать сходства и различия С. Т. Аксакова и М. Е. Салтыкова-Щедрина в биографии, творчестве и мироощущении, а также на основе мемуарных, эпистолярных и критических свидетельств воссоздать картину их личного знакомства и взаимовосприятия. Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи: 1) охарактеризовать историко-литературный контекст, в котором формировались личности и творчество обоих писателей; 2) проанализировать основные этапы их биографий, выявив как типологические сходства, так и принципиальные различия; 3) рассмотреть художественный метод Аксакова и Салтыкова-Щедрина, сопоставив их отношение к реализму, автобиографизму, сатире и гротеску; 4) раскрыть особенности отношения к миру, человеку, обществу и власти в их произведениях; 5) на основе мемуаров, писем, критических отзывов и воспоминаний современников реконструировать факты личного знакомства и общения писателей; 6) представить основные подходы литературной критики и современного литературоведения к проблеме сопоставления творчества Аксакова и Салтыкова-Щедрина. Методологическую основу работы составляют принципы историко-литературного, сравнительно-типологического и биографического анализа. Используются также элементы поэтического анализа художественного текста, опора на культурно-исторический метод, предложенный В. Г. Белинским и развитый в трудах Д. С. Лихачева, Ю. М. Лотмана и других исследователей. Структурно курсовая работа состоит из введения, пяти глав, заключения и списка использованной литературы. В первой главе рассматривается литературно-исторический контекст и основные биографические параллели. Во второй — анализируется творческий метод и поэтика обоих авторов. Третья глава посвящена их отношению к миру, человеку и обществу. В четвертой предпринята попытка реконструкции личного знакомства и общения писателей. В пятой — обобщаются выводы и анализируется критическая рецепция их сходства и различий. В заключении подводятся итоги исследования и формулируются обобщающие выводы.

Глава 1

Рассматривая фигуры С. Т. Аксакова и М. Е. Салтыкова-Щедрина в едином историко-литературном пространстве, необходимо прежде всего обозначить тот широкий фон, на котором разворачивались их жизни и формировались творческие установки. Обоих писателей можно назвать детьми и свидетелями переломных эпох: Аксаков, родившийся в 1791 году, застал поздний классицизм, наполеоновские войны, короткий блистательный всплеск пушкинской поры, становление критического реализма; Салтыков-Щедрин, родившийся значительно позже — в 1826 году, вошел в литературу уже в момент, когда пушкинская традиция была осмыслена и во многом переосмыслена, когда на первый план выходили социально-политические вопросы, усиливались демократические тенденции. 1.1. Социальное происхождение и воспитание Оба писателя происходили из дворянской среды. Это важный факт, определивший не только условия их раннего детства, но и структуру жизненного опыта, отношение к помещичьей усадьбе, к миру «барской» культуры и одновременно к крепостному строю. Однако типология дворянства, к которому они принадлежали, различна. Сергей Тимофеевич Аксаков родился в старинной дворянской семье с глубокими провинциальными корнями. Его детство, проведенное в симбирской и оренбургской усадьбах, стало тем «золотым фондом» впечатлений, который затем был переработан в автобиографической трилогии «Семейная хроника», «Детские годы Багрова-внука», «Воспоминания». Усадьба, природа, семейный быт, сложная иерархия отношений между дворянами и крепостными — все это воспринималось им изнутри, как нечто само собой разумеющееся, но в то же время подлежащее нравственной оценке и художественному осмыслению. Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин тоже происходил из помещичьей семьи, но уже другой эпохи. Его детские годы пришлись на 1830–1840-е годы, когда крепостничество вступило в фазу внутреннего распада, но еще сохраняло внешнюю непоколебимость. Воспоминания о родительской усадьбе в Спас-Уголе, о «домостроевской» жесткости, о произволе и ограниченности провинциальных помещиков позднее лягут в основу многих сатирических образов. Для него мир дворянской усадьбы изначально окрашен более мрачно, чем у Аксакова: здесь меньше светлой идиллии, больше скрытого насилия и духовной глухоты. Воспитание обоих писателей сочетало в себе традиционное домашнее обучение и участие в формальных образовательных институтах. Аксаков, рано проявивший способности к чтению и литературным занятиям, в юности оказался в Москве, где включился в культурную среду начала XIX века, близкую к кругу Карамзина, Жуковского, Пушкина. Салтыков-Щедрин поступил в Царскосельский лицей — уже в его «второй волне», после пушкинского выпуска, — и испытал воздействие столичной образованной среды, хотя его лицейские годы сопровождались внутренними конфликтами и разочарованиями. В обоих случаях можно говорить о двойственной природе их культурного опыта: с одной стороны, укорененность в традиционном помещичьем быту, с другой — приобщение к передовой литературной и общественной мысли времени. Эта двойственность впоследствии скажется и в творчестве: в сочетании эмоционально теплого, интимного взгляда на прошлое — с резкой, порой беспощадной оценкой социальных институтов и нравов. 1.2. Исторические эпохи и идейный горизонт Жизненные сроки писателей частично пересекаются, но их идеологические горизонты формировались под влиянием разных исторических событий и культурных волн. Аксаков принадлежит к поколению, вступавшему в зрелость на фоне Отечественной войны 1812 года и последующей «романтической» эпохи. Для него важны идеи национального возрождения, интерес к народной культуре, к «русскому характеру» в его традиционном бытовании. Позднее, уже в 1840–1850-е годы, он воспримет славянофильские настроения, хотя и останется во многом самобытной фигурой. Салтыков-Щедрин формировался в иной атмосфере — николаевская реакция, усиление цензурного нажима, декабристское наследие, затем ожидание и осуществление Великих реформ 1860-х, разочарование их результатами. Он близок к кругу революционных демократов, разделяет критическое отношение к самодержавно-крепостническому строю, видит в бюрократии и помещичьем классе главных виновников народного бедствия. В его сознании формируется особый тип гражданской ответственности писателя, требование говорить правду «сквозь зубы», даже в условиях жесткой цензуры. Тем не менее, за идеологическими различиями проступает и важная общая черта: оба писателя остро чувствовали историческую сломность своего века, осознавали, что мир, в котором они выросли, уходит, трансформируется, утрачивает устойчивость. Для Аксакова это прежде всего трагедия распада патриархального уклада, исчезновение «дворянского гнезда» как формы жизни. Для Салтыкова-Щедрина — мучительный переход от крепостничества к капиталистическим отношениям, рождение новых социальных типов и форм угнетения. 1.3. Литературное становление и участие в общественной жизни Вхождение в литературу у Аксакова и Салтыкова-Щедрина также имеет как сходные, так и отличительные черты. Сергей Тимофеевич начинал как поэт и переводчик, как театральный критик и публицист. Ему удалось стать частью московской литературной среды, связанной с журналами, с театральной жизнью, с обсуждением новых художественных направлений. Однако подлинная зрелость пришла к нему во второй половине жизни, когда он обратился к автобиографической прозе и художественным воспоминаниям. Именно поздние произведения сделали его имя значимым в русской литературе. Михаил Евграфович дебютировал как прозаик и публицист в журнале «Современник», находясь под заметным влиянием Гоголя и Белинского. Его раннее творчество сопровождалось резкой реакцией властей: за повесть «Запутанное дело» и ряд критических статей он был сослан в Вятку на государственную службу. Опыт провинциального чиновника, столкновение с повседневной реальностью бюрократической машины станут базовым материалом его сатиры. Оба писателя активно участвовали в общественной жизни: Аксаков — через контакты со славянофильским кружком, через участие в литературных и общественных дискуссиях 1840–1850-х годов; Салтыков-Щедрин — через редакторскую работу в «Современнике» и «Отечественных записках», через постоянные полемики с консервативной прессой и властями. Но формы их участия различны: Аксаков — наблюдатель и хроникер, склонный к умеренной, хотя и принципиальной позиции; Салтыков-Щедрин — активный полемист, не боящийся резких выпадов, используя художественное творчество как форму политического действия. 1.4. Биографические пересечения Временная и пространственная траектории жизней Аксакова и Салтыкова-Щедрина пересекаются в нескольких точках. Они жили в одних и тех же городах (Москва, Петербург), вращались в пересекающихся литературных кругах, были знакомы с одними и теми же деятелями культуры. Аксаков, старший по возрасту, воспринимался многими современниками как фигура, связующая пушкинское поколение с новой литературой; Салтыков-Щедрин, входя в литературную жизнь уже после признания заслуг Аксакова как мемуариста и прозаика, неизбежно сталкивался с его именем и влиянием. В мемуарной и эпистолярной литературе XIX века сохранились свидетельства их личного знакомства, участия в одних и тех же собраниях, литературных вечерах, обсуждениях. Однако их духовная близость не была простой и однозначной: между ними пролегают и мировоззренческие различия (славянофильские симпатии Аксакова и более радикально-критическая позиция Салтыкова-Щедрина), и различия художественной манеры. Тем интереснее рассматривать их отношения не в плоскости прямого влияния, а как сложное взаимодействие двух вариантов русского реализма. Таким образом, уже на уровне биографии и историко-культурного фона выявляются и важные точки соприкосновения, и серьезные расхождения. Оба — дворяне, оба — люди усадебной культуры, оба — писатели-реалисты, глубоко укорененные в российской действительности. Но один — ребенок начала века, еще согретый пушкинской гармонией и романтическими надеждами, другой — сын середины века, закаленный в атмосфере николаевской реакции и пореформенных разочарований. Это исходное различие эпох и жизненного опыта предопределяет своеобразие их художественных миров, но не отменяет внутреннего диалога, который можно обнаружить в их текстах и судьбах.